
Основное впечатление от 80-х — тяжеловесность и присутствие черного. Возможно, я натыкалась именно на такие книги. Фантастика отделяется по офомлению после журналов 70-х, создает отдельный язык оформления.

Подборка сделана для некоммерческого использования. Идея: изучение русских книжных обложек, составление визуального среза книжных переплетов за определенное десятилетие. Все источники и литературу указываю под фотографиями и дублирую в конце статьи.

Тяготение к замкнутой, тяжеловесной парадности классически-симметричных композиций отступало под напором более подвижных и лёгких форм, привлекавших теперь прежде всего молодых художников книги. Сама конструкция книги упрощалась и облегчалась.

На примере работ Николая Ильина видна разница подхода и методов оформления книги, внимание привлекло изменение стилистики оформлений 20-х годов, именно эксперимент с наборными обложками, постепенный переход к классическим композициям начиная с 30-х, переход на переплеты в конце 40-х.

«…Издавалось большое количество авторских поэтических сборников. Практически все они выпускались маленькими книжечками: небольшой формат и небольшое количество страниц. Их можно было легко носить с собой, что подтверждалось множеством свидетельств — о сборниках стихов, прошедших войну с их владельцами».

«Снаружи — робкое мирискусничество, внутри — радикальный Баухауз. В заигрывании с модернизмом Ильин доходит до полного отказа от прописных букв. При этом не теряет собственного лица: жирные серые линейки делают все возможное, чтобы запутать соотношение порядковых номеров и пунктов повестки дня.

«Разумеется, это не было время книжной роскоши. Скорее, можно говорить, что книга двадцатых годов — это в массе своей бедная книга. Почти все книги издавались в бумажных обложках. Издательский переплет, даже скромный, был очень большой редкостью».

Примеры мирискусников, модерна, тонкой графики. В самом конце добавляю книгу «Шарманка» Елены Гуро, которая стилистически не являлась авангардной, но возникла раньше книг итальянских футуристов.

Футуристы искали новых путей слова, чтобы выразить быстро меняющуюся современность. Более того, русские футуристы таковыми себя не называли, так их прозвали критики. Они не хотели иметь ничего общего с итальянцами.